Даведнiкi пiсьменнiка, гiсторыка, энцыклапедыста Леанiда Маракова «Рэпрэсаваныя грамадскiя i культурныя дзеячы Беларусi»

Пра пiсьменнiка Бiблiяграфiя Даведнiкi Валеры Маракоў Прэса Навіны Гасцявая кнiга Сувязь

Галоўная » Проза  » Непримиримые Рассказы о репрессированных и их потомках. Репрессированных, но не сломленных...

Cанька: 4. Велик

«Конечно же, дорожный — не спортивный, да что поделаешь, — вздохнул Санька, — и за это спасибо Богу! Новенький ведь, черно-серебристый, для взрослых — на всю жизнь хватит».

Маме, чтобы после такой покупки до конца месяца дожить, пришлось у соседки, тети Евы, занять с отдачей в рассрочку. Сумма ведь немаленькая — шестьдесят рублей. Хорошо, когда есть соседи, готовые выручить.

Мама не хотела покупать велик, как чувствовала. И оказалось — правильно чувствовала. Пока с Санькой съездили в магазин, выбрали, заплатили, привезли — к вечеру дело подошло. Нужно было, конечно, «колеса» в квартиру затащить и с утра начать крутить педали. Но Санька не выдержал! Подняв велик уже на пятый этаж, неожиданно передумал и не покатил в квартиру — ну как не похвастаться перед ребятами такой покупкой?! И спустил обновку вниз, во двор. Катался сам, катались и друзья — по очереди — до полуночи. Носились бы и дальше, да мама погнала спать. Санька так устал, что снова волочь велик на пятый этаж поленился. Недолго думая, скатил свою радость по ступенькам в подвал: «Пусть до утра отдохнет». За двумя дверями будет храниться: обшитой железом входной в подвал и дощатой дверью сарайчика, усиленной, благодаря мужу тети Евы, амбарным замком.

Всю ночь Санька объезжал новый, еще пахнущий свежей краской и смазкой велик. Проснулся — в нетерпении — на рассвете, тихонько, чтобы не разбудить маму, взял ключи и спустился вниз. Но ключи не понадобились: входная дверь в подвал, вывороченная с петель, валялась у входа. Дверь в их сарайчик вообще отсутствовала. Отсутствовал, само собою, и Санькин новенький черно-серебристый «вседорожник». Запах свежей заводской смазки остался, а велика — не было.

Не сразу Санька поверил в пропажу. Мелькнула была мысль: это сон, все происходит во сне, он еще не проснулся. Проснется — и велик будет на месте, как и обе двери. Главное — проснуться, проснуться… И вдруг ожегся: дудки, ничего не будет! Это не сон. Двери взломаны! Велика — нет! А долг у мамы — остался. Его мама будет выплачивать по частям. Как договорились — чтобы не так больно было для семейного бюджета.

Кажется, Санька тогда впервые так жестоко столкнулся с ворами. Вернее, не с ними самими, а с результатом их подлой работы. Он был убит, раздавлен. Слезы сами катили по щекам. Лились и лились.

«Нет! — пытался остановить Санька слезный поток. — Пусть это не сон, пусть. Но тогда — шутка. Чья-то злая и глупая шутка. Шутник где-то катается по двору и ждет, чтобы посмеяться надо мной: “Ну что, наделал в штаны? Ха-ха-ха!”». И вновь возвращался в реальность: «Шутник? А как же выломанные, сорванные с петель двери? Это что — тоже шуточки?».

Мало что соображая, Санька выполз из подвала. В меркнувшей надежде оглянулся по сторонам: где же ты, где? Велика нигде не было. Никого не было. Двор еще спал: выходной, воскресенье.

Появившийся ближе к вечеру участковый был, на удивление, спокоен.  Санька и мама аж возмутились: велосипед же украли, не пуговицу какую или другую мелочь! А милиционер успокоил:

— Велик свистнули? Ну и что? Их каждый день воруют. Беречь нужно было «колеса», глаз не спускать. Сам виноват, парень, нашел где ставить. — Напоследок дал дельный совет: — Походи по дворам. На велосипеде — не на машине, далеко не уедешь.

Уехал Санькин велик. И, видно, далеко, ибо так и не нашел он своего вседорожника, хотя месяца два пристально обходил близкие и дальние дворы.

Участковый сказал: «Найдете — звоните».

Наука пошла на пользу. Больше никогда в жизни ни этому, ни другим милиционерам Санька не звонил.



Галоўная вуліца Мінска. 1880-1940 / Кніга 2



Галоўная вуліца Мінска. 1880-1940 / Кніга 1



Валеры Маракоў. Лёс. Хроніка. Кантэкст



Вынiшчэнне



Рэпрэсаваныя лiтаратары, навукоўцы, работнiкi асветы, грамадскiя i культурныя дзеячы Беларусi. 1794-1991.



Рэпрэсаваныя лiтаратары, навукоўцы, работнiкi асветы, грамадскiя i культурныя дзеячы Беларусi. Рэпрэсаваныя Настаўнікі



Толькі адна ноч



Рэпрэсаваныя праваслаўныя свяшчэнна- i царкоўнаслужыцелi Беларусi. 1917-1967.



Рэпрэсаваныя праваслаўныя свяшчэнна- i царкоўнаслужыцелi Беларусi. 1917-1967.Том 2



Ахвяры i карнiкi.



Рэпрэсаваныя каталіцкія духоўныя, кансэкраваныя і свецкія асобы Беларусі. 1917-1964



Рэпрэсаваныя медыцынскiя i ветэрынарныя работнiкi Беларусi. 1920-1960



Планъ губернскаго города Минска 1873 года



Планъ губернскаго города Минска 1888 года



Планъ губернскаго города Минска 1911 года



100 мiнiяцюр



Непамяркоўныя



100 миниатюр



Непримиримые



Сшытак



Яны не ведалі



Рассказы



Непамяркоўныя


Паэзiя Валерыя Маракова


Пялесткі (1925)



На залатым пакосе (1927)



Вяршыні жаданняў (1930)



Права на зброю (1933)



Лірыка (1959)



Вяршыні жаданняў (1989)



Рабінавая ноч


 
 

© Леанiд Маракоў, 1997-2016.
Выкарыстанне матэрыялаў сайта для публікацый без дазволу аўтара забаронена.

Распрацоўка i дызайн сайта - студыя "Каспер".